Принять участие

Приём работ продлён, осталось:

  • 00дней
  • 00часов
  • 00минут
Главная/Конкурсные работы/Один подъезд - два лагеря

Один подъезд - два лагеря

Лучший журналист печатных СМИ

Один подъезд — два лагеря

— Помогите мне, пожалуйста, — обратилась в редакцию инвалид-колясочник Валентина Клименко. — Я вновь могу остаться запертой в четырех стенах.

Журналист не должен принимать какую-либо сторону. Так говорится во всех учебниках — это азы профессии. Как и судьи, мы обязаны быть беспристрастными.

Наша задача — осветить обе стороны, найти суть проблемы, расставить все по полочкам и докопаться до правды, какой бы она ни была. А правда есть всегда. Вот только бывает она разной. Одна — по закону, другая — из области нравственности, если хотите, милосердия и обычного человеческого участия.
Вот вы, например, за какую?
К чему это она, возможно, спросите вы.
А к тому, что оставаться беспристрастной в некоторых ситуациях, извините, не могу. Особенно если ситуация касается человека с ограниченными возможностями. Именно об этом и пойдет сегодня речь.

Не остаться в четырех стенах

— Помогите мне, пожалуйста, — обратилась к нам в редакцию инвалид-колясочник Валентина Клименко. — Я вновь могу остаться запертой в четырех стенах.
Об этой женщине в Нижневартовске знают. Она одна из немногих, кто, собрав всю волю в кулак, добилась почти невозможного в наши дни: ее дом полностью приспособлен для полноценной жизни человека с ограниченными возможностями.

Кратко напомним историю Валентины Клименко. Так получилось, что вот уже больше 18 лет после аварии она прикована к инвалидной коляске. Главной опорой и поддержкой ей все эти годы оставался и остается муж Сергей Васильевич. И если бы не его проблемы со спиной и последующая инвалидность, возможно, не выплыла бы эта история наружу. А так именно этой женщине пришлось самой создавать для себя безбарьерную среду. Не будем пересказывать, через что ей пришлось пройти и сколько писем написать в различные инстанции, главное — это итог. А он следующий: двухкомнатная квартира на улице Пионерской, 17, где по евростандарту размещены выключатели, санузел совмещен с ванной, чтобы за счет увеличения площади можно было перемещаться беспрепятственно на коляске. Расширены дверные проемы, сделан ровный переход на балкон. А самое главное — в доме есть подъемник и пандусы и отдельный вход-выход в подъезд. Чтобы добиться этого, потребовалось несколько лет. Казалось бы, живи да радуйся. Так и было до недавнего времени.

Буквально на днях Валентине Клименко пришло письмо от УК «Квартал». Цитируем дословно: «Застройщиком жилого дома №17 по ул. Пионерская для Вас, в целях обеспечения доступности, входной тамбур был обустроен электрическим подъемником. В связи с тем, что установленное оборудование является дорогостоящим, в целях обеспечения его сохранности Вам были выданы ключи от входного тамбура для пользования электроподъемником. Доступ для пользования входом в подъезд со стороны улицы другим собственникам ограничен. Входной тамбур для личного пользования не предназначен, данное помещение и электрический подъемник относятся к общедомовому имуществу собственников помещений многоквартирного дома… В дальнейшем доступ во входную группу подъезда со стороны улицы будет открыт для входа и выхода собственников, расположенных в подъезде».

И что делать?

Другими словами, у этого дома есть как подъезды, выходящие во двор, так и один, ведущий в противоположную сторону. Действительно, этим выходом пользуется только наша героиня. Подъемник, скажем прямо, стоит сотни тысяч рублей. А, как показывает практика, подобное оборудование может прийти и в негодность, если им начнут пользоваться все жильцы.
Но одна семья, живущая в этом же подъезде, придерживается, судя по всему, противоположной точки зрения. Именно она инициировала эту историю, написав соответствующее письмо не только в управляющую компанию, но и губернатору Югры о том, что ее домочадцы тоже хотят пользоваться дополнительным выходом. Зачем? Чтобы через него водить детей в детский сад, который расположен прямо напортив этого выхода. Другими словами, обойти торец дома маме сложно. Не берусь судить, возможно, действительно сложно. Но волнения Валентины Клименко тоже понятны: она не хочет остаться вновь запертой в четырех стенах, если подъемник выйдет из строя при интенсивной эксплуатации.

Добраться до поликлиники, сходить за покупками в ближайший магазин, выбраться на дачу.Привычные ей маршруты могут вновь стать непреодолимыми.
Эту ситуацию журналисты «МВ» вместе с генеральным директором УК «Квартал» Ольгой Елиной пытались урегулировать мирным путем.
Мы вместе поднялись к этой паре, уж извините, не будем называть их фамилию и имен, чтобы не усугублять ситуацию.
— Постарайтесь по-человечески понять беспокойство немолодой четы. Они оба инвалиды, — говорила Ольга Сергеевна, обращаясь к молодой семейной паре.
— Я имею право пользоваться этим выходом тоже, — парировал глава семьи. — Пусть нам выдают ключи от входа.

Предлагали мы вместе подняться к Валентине Клименко, чтобы убедиться: для нее этот вход-выход — единственная ниточка, связующая ее с внешним миром. Получили отказ. К сожалению, диалога не получилось.

— Поймите меня правильно, я не против, чтобы молодые люди тоже пользовались этим выходом. Единственное, что меня беспокоит — сохранность электроподъемника, — не скрывая огорчения, говорит Валентина Клименко. — На этой пока закрытой территории хранится и моя инвалидная коляска, для которой в квартире просто нет места. Там же и памперсы. Их специалисты управления социальной защиты населения выдают сразу на год — 750 штук. Где мне их хранить? Сегодня все СМИ только и делают, что пишут про доступную среду для людей с ограниченными возможностями. А я боюсь, что вновь останусь без нее. У здоровых людей права есть, а где мои? Понимаю, были бы инвалиды, а тут здоровые люди требуют отдельный выход. Что делать, как сберечь подъемник, которого я добивалась почти 20 лет?

Пока принято соломоново решение: выдать паре, живущей в этом же подъезде, отдельный ключ от этого входа-выхода. Но если появятся и другие претенденты на пользование входным тамбуром, о безбарьерной среде для Клименко через несколько месяцев наверняка можно будет забыть.

Имею право

Сейчас модно говорить о том, что нужно жить «здесь и сейчас» и принимать реальность такой, какая она есть. Это легко делать, когда она красива, впереди бескрайние просторы и здоровье идеально. Такое «здесь и сейчас» все мы принимаем с удовольствием. Но мало кто из нас готов к иному повороту
событий, когда рушится вся жизнь.
Валентина Клименко смогла выдержать многое. Она прошла долгий и тяжелый путь, добиваясь для себя безбарьерной жизни. И сейчас сдаваться не намерена.
— В городе создаются условия для инвалидов-колясочников, — говорит она. — Но, к сожалению, наше законодательство оставляет желать лучшего. В нем много пробелов. Вот, например, специалисты «Нижневартовскстройдетали» мне как инвалиду-колясочнику 
I группы помогли оборудовать отдельный вход, сделали пандус, установили подъемник. Но сколько писем я прежде исписала. А теперь что? Так боюсь, что вход откроют для всех. Испортят же все…
Пока она говорила, едва сдерживая слезы, я думала о фразе молодого человека: «Я имею право на этот вход». Право действительно есть. И правда — та самая, законная, о которой говорила выше, на его стороне. Но как быть с другой правдой, ее имела в виду генеральный директор УК «Квартал» Ольга Елина. Помните ее слова: «Постарайтесь по-человечески понять беспокойство этой немолодой четы».

Вместо эпилога

Две семьи. И у каждой из них своя правда, свои доводы. К слову, сейчас эта история активно обсуждается в социальных сетях. Большинство людей встали на сторону Валентины Клименко. Но есть и противники. Так, одна девушка пишет: «Валентина, вы хотите, чтобы ваши права не ущемляли, а сами ущемляете права других. Вы переехали в дом с подъемником, он был установлен для всех, просто на тот момент оставался нужным только вам. Если бы хотели, вы бы нашли компромисс, судя по всему, вы его не хотите, вы изначально враждебно настроены, хотя подъемник никто не сломал, вход для вас всегда открыт. Может, стоит не лайкать комменты людей, которые оскорбляют ту семью, а договориться между собой? Выдайте им комплект ключей, и проблема решена, больше на этот вход никто не претендует».

Валентина готова на компромисс. И нет в ней враждебности. Но лучше, если бы в этой ситуации люди услышали друг друга. Соседям легко сказать: «Я имею право», гораздо сложнее понять другого человека. Валентина, к слову, совершенно не против, чтобы и молодая мама пользовалась отдельным входом-выходом. Ее беспокоит сохранность подъемника. Но если соседи не готовы к диалогу и даже не хотят к ней подняться, чтобы просто обсудить ситуацию, а действуют через посредников в лице УК и чиновников, то что остается делать нашей героине?
Мы уже не раз говорили о том, что «безбарьерную среду» надо создавать прежде всего в своих головах. Похоже, пока не получается? Мы долго считали понятие «милосердие» архаичным, изгоняли его из нашей жизни. Помните в советские годы расхожую фразу «мы сила». И все же настало время оглянуться и увидеть: оно еще существует. Ведь милосердие, простите за пафос, норма человеческого бытия. Обращаясь к нему, мы просто возвращаемся к нормальной жизни. Не больше. Может, все же попробуем?

Мария Субботина. Фото Юлии Пановой

клименко.docx, 0.02 Мб Один подъезд - два лагеря - 10 октября 2017.pdf, 5.70 Мб